ПРЕАМБУЛА

«Смычок его валялся на полу, скрипка лежала

на столе, на пюпитре же были ноты Двадцать первого каприса Паганини.

У тех, кто вошел в квартиру первыми, создалось впечатление, что Миша играл,

а потом отшвырнул скрипку и бросился прямо к окну… «А Миша Коренев,

- думал Данилов, - премудрые загадки Паганини пытался одолеть без помощи

Страдивари. Не было у него Страдивари, а была простая фабричная скрипка…

Ему-то теперь – все равно… А для нас - все его муки остались…»…

«Хватит, хватит, хватит! - говорил Миша. – Хватит мне всего!

И денег, и женщин, и развлечений, и комфорта!

Это все шелуха, целлофан. Это все средства существования! А само-то

существование – где? Где оно? Рано или поздно, но все мы оказываемся

наедине с жизненной сутью - и что мы тогда? Ничто! Жизнь проиграна,

Данилов! Что есть жизнь? Жизнь есть страсть. Жизнь есть жажда. Страсть и

жажда к тому, что ты принял за свою земную суть. Ты-то, Данилов, знаешь, в

чем моя земная суть… А я трусил, трусил, боялся рисковать, боялся нести

ношу не по плечу, боялся, что от этой ноши мне не станет лучше, боялся

жертвовать собой и потому предавал… Все… Я не верующий человек, но

слова Иоанна Богослова меня поразили: «Любовь изгоняет страх… Боящийся

не совершенен в любви…» Ты понял? А я боялся, легко оправдывая свою

боязнь, и жил легко, я боялся и был не совершен в любви – и к музыке, и к

женщине, и к самой жизни. И теперь я не то, что не люблю, я просто ненавижу

себя, жизнь, музыку! Хотя нет, музыку я еще совсем не разлюбил… Тут у

меня остался единственный шанс… Я еще смогу… Ты помнишь, что говорил о

моих способностях профессор Владимирский?» Данилов не помнил, но кивнул на

всякий случай. А Мише и кивка не надо было. Он сразу же стал говорить о

том, что ходит теперь к тренеру-культуристу. Тот задает ему особые

упражнения для мышц и сухожилий плеча, предплечий, кистей рук и пальцев, и

он, Миша, в последние месяцы почти добился того, что задумал. «Вот смотри!

- сказал Миша. – У Паганини руки и пальцы были длиннее, но я теперь

компенсирую это тем, что у меня…» Однако Миша не докончил, а взглянул на

Данилова с подозрением, как на лазутчика, в глазах его появилось трезвое

выражение испуга, будто он выдавал теперь государственную тайну».

(выдержки из романа «Альтист Данилов» Вл. Орлов)

«Гете и Бальзак так описывают его внешность в своих воспоминаниях: мертвенно-бледное, как будто вылепленное из воска лицо, глубоко запавшие глаза, худоба, угловатые движения и, самое главное, тонкие сверхгибкие пальцы, какой-то невероятной длины, как будто вдвое длиннее, чем у обычных людей. Эта чисто морфологическая особенность позволяла ему творить со скрипкой настоящие чудеса» (ссылка на источник -http://www.skeletos.zharko.ru/main/G334)

Continue reading →